Биеннале модерна в Брюсселе

19 Янв 2016 | Автор: | Комментариев нет »

10 — 11 октября 2015

Падаю в ножки и рассыпаюсь в самый-самых правдивых благодарностях LoraLarisa, которая, как сообщалось в некоем устаревшем художественном фильме «в положенный срок и точно когда-то» напомнила о брюссельском биеннале ар-нуво — ар-деко, на каковый я ежегодно в обязательном порядке собиралась и ежегодно с успехом забывала. И тут свершилось! Великолепная LoraLarisa в требуемый отрезок памяти дала сказочный пинок, как раз в случае, если к тому же было промежуток времени ухватить билеты по здоровой цене и записаться на больше всего увлекательные мероприятия биеннале. Технически все в деталях расписано на подходящем веб сайте: http://www.art-nouveau-biennial.be/ . В первую очередь нужно зарегистрироваться и купить так именуемый паспорт. Мероприятия проходят весь октябрь в субботу и воскресение. Паспорт на одни выходные обойдется в 25 евро, полнейший абонемент (на 4-е пары выходных) — 60 евро. Потом из предложенного перечня выбираете то, что вам интересно, и приобретаете на электронную почту свой паспорт со списком забронированных событий. Стоит отметить, в нескольких районах к паспорту просят к тому же и добавочную плату — 10-15 евро. В мои даты это были всеми известный огромный дом Макса Алле (Hotel Max Hallet) и огромный дом Солве (Hotel Solvay).

Как правило, на днях предлагается посещение объектов ар-нуво, почти все из каких в привычное промежуток времени недостижимы публике — частные дома, строения, занятые различными организациями, отелями, учреждениями культуры и науки. Запланировано посещение и музеев, но именно как объектов модерна. Всякую группу сопровождает гид, отдельные просто напросто дают главнейшую информацию буквально как говорящий путеводитель, альтернативные ведут экскурсию чрезвычайно увлекательно и профессионально. Честно говоря, когда затевала это все, про гидов и их квалификацию я в том числе и вовсе не задумывалась, просто напросто желалось попасть внутрь. На субботу и половину воскресенья набрала себе шесть посещений, вполне можно и значительне, генеральное успевать от 1-го к другому. Довелось хорошенько подумать, не в отсутствие этого. Одно из посещений никак не хотело бронироваться: между заключением 1-го и началом следующего было 10 минут, два этих дома находятся совсем рядом, я вполне успевала дойти мимолетним шагом, но выскакивала надпись «у вас недостаточно часы». Довелось перетряхивать целый день, что-то переставлять местами, все точно также ничего не получалось. Тут я догадалась влезть в расписание посещений не на британском, а на французском языке — и паззл сложился! Требования к посетителям маленькие — не приходить с рюкзаками, не прислоняться к стенам, ничего не трогать, не фотографировать. В следствии этого заранее прошу прощения за то, что кое-какие снимки плоховаты — съемка шпионской телекамерой. Не удержалась! Кроме знакомства с интерьерами программа биеннале предлагает пешие, автобусные и велосипедные экскурсии (за добавочную плату), концерты и т.п.

И вот поздним вечером пятницы прибываю в Брюссель, для того, чтобы как раз с утра со свежими силами стать познавать очень красивое.

Проход бодрым шагом до площади Гран Саблон, где на близлежащей улице отыскался 1-й запланированный графиком объект — дом Фризо (Maison Frison — rue Lebeau 37).

Господин Фризо был юристом, в следствии этого участок для дома приобрел очень
близко Дворца правосудия, а за кадровой выручкою прибегнул к своему близкому товарищу, каким, по счастью, оказался Виктор Орта. Фасады, спроектированные этим архитектором, все время лаконичные и вовсе не изобилуют декоративными составными частями, но глаз за них обязательно зацепится. Вот вам и я сразу вспомнила данный дом, все же фотографировала его в какой-то из предшествующих поездок. Вот таковой у него получился стильный домик. Фасад фасадом, но самое занятное у Орты все время в интерьерах.

У дома два входа: огромная дверь ведет на на лестницу, располагающаяся рядом, что поменьше — в холл. Но даже это неслучайно. Все же у хозяина дома такая профессия, что к нему каковые только лишь клиенты ни приходят, кроме всего прочего имеется семья, прислуга — эти все потоки необходимо поделить, распределить по всяким направлениям, так для того, чтобы никто друг дружке не вредил, а кто не следует не увидел бы и вовсе не услыхал ничего лишнего. И для этого гораздо лучше Виктора Орты специалиста не отыщешь. Таков уж подход у этого архитектора — он все время принимал во внимание все интересные моменты и стремился гармонично сочетать утилитарные и художественные функции. Продумано все до новей мелочи, в том числе конструкции дверных ручек. Что быть может особенного в дверных ручках? Вот вы возьмите в руки некоторое количество папок, стопку бумаг россыпью и попробуйте открыть дверь, закрывающуюся ручкой с защелкой. Обязательно что-то уроните. А в данном доме дверные ручки сконструированы следовательно, что их удобно открывать локтем.

У самого основания лестницы сразу обращает на самое себя внимание эстетичный рисунок перил. Поднявшись на некоторое количество ступеней вверх через боковые двери вполне можно попасть в помещения 1-го этажа; жилые покои поместились выше.

Если зайти с улицы в правую низкую дверь, то вы проникнете в застекленный холл на не очень большом подиуме, за холлом кабинет хозяина. Подиум это характерная особенность почти всех брюссельских домов того часы, все же в полуподвале обычно размещали кухню и иные инженерные помещения, отдавать под какие практичный 1-й этаж или в том числе часть его бы было уж очень расточительно. Итак, кабинет, а за кабинетом зимний сад с примыкающей к нему комнаты для гостей. Перспектива зимнего сада продолжается садиком во внутреннем дворике. Кружевной сделан из металла декор вроде дублирует листву за окном. Действие завораживающее, как раз «ах!».

На втором этаже столовая, на стене и потолке какой, как и на стене зимнего сада, кое-где сбереглись росписи. Как оказалось, и «у них там» не все бережно относятся к культурному наследию. За почти все годы дом сменил большое количество хозяев, одно промежуток времени в этом месте в том числе было что-то на подобии студенческого общежития — «комнаты для учащихся ВУЗов». Кто же будет утруждаться выводить росписи при любом капремонте? К тому же наслаждение это не из не дорогих: при строительстве почти-что пятьдесят процентов стоимости всех затрат составили затраты на роспись стен и потолков. Зато в настоящее время дом уже в приличном состоянии, как нам сказали: «Приобрести вы его не сумеете, а арендовать все время пожалуйста. Хотите, живите внутри него, хотите, галерею устройте». Хотим, но не получится.

Ближайшим был запланирован дом Флаге, отгроханный архитектором Эрнестом Блеро на авеню
Генерала де Голля в участке прудов Иксель в 1904 году. Часы в избытке, пошла пешком. Не имела возможности отказать себе в удовольствии снова посмотреть на полюбившиеся уголки.

Заодно еще раз прошла мимо легендарного виражного окна на улице rue de l’Arbre Benit 123. И снова неудача! Уже в 3-й раз прихожу сюда, и снова ничего не заметно. Считаю, необходимо принудительно заставлять хозяев таковых размещений зажигать внутренний свет в дни биеннале, ну хотя бы по вечерам. А то обидно, честное слово! Табличка на двери говорит, что в этом месте размещается общество венгерских католиков.

Вот подобные в Икселе Елисейские поля

На прудах пастораль, в монастыре малолюдно, не то что в минулый раз.

Вот и он — Maison Flagey, avenue General de Gaulle 36.

Эрнест Блеро был творцом весьма плодовитым: в виде архитектора функционировал всего 14 лет, построив при всем при этом более 70 домов. Кое-какие основы уверяют, что 60 домов за 7 лет, но в данном тоже нет противоречия. Вполне вероятно, за оставшиеся 7 лет он построил еще в пределах десяти. На настроенной по соседству улице rue de Belle-Vue вполне можно увидеть сразу 4-е его дома, вразброс в данном участке еще некоторое количество, а на Rue Vanderschrick близ Халлепорт — 17, другими словами полный квартал. Объясняется это, по всей видимости, тем, что главной акцент Блеро совершал на фасад, его живописные частицы, уделяя внутренней отделке и планировке во много раз меньше внимания. Особенно славятся его мероприятия сосредоточенные на металлу, а замысловатые решетки балконов и перил квалифицированные работники прозвали «нотным будом Блеро». В глубине сооружений архитектор необычной фантазии не проявлял, придерживаясь обычных канонов.

Дому этому больше не повезло: в данный момент приходим к выводу только лишь его часть, меньше тридцати процентов от оригинала. Проект состоял из центрального корпуса и 2-х боковых крыльев. Приблизительно посреди прошлого века центральную часть и правое крыло разобрали, для того, чтобы построить на их участке что-то кафельно-безликое, как наименовал это гид — bathroom style. Оставшаяся секция переходила от хозяина к хозяину, любый добавлял что-то свое. Вместо мраморных мозаичных полов постелили пластик, предварительно заровняв поверхность цементом. Нынешнему владельцу довелось серьезно потратиться, для того, чтобы привести сооружение в приличное сословие. В данный момент в этом месте и в ближайшем строении отель-пансион bed and breakfast, сосед в состоянии реконструкции, в следствии этого, скорее всего, и в доме Флаге постояльцев не было. Стоит отметить, далеко нас не пустили, только лишь в прихожую и лестничный холл. Оттуда вполне можно было разглядеть и комнату для гостей, и кабинет. Поэтому в этом месте фото только лишь фрагментов пола и лестничного пролета (два пробных фото заимствованные).

Зато лично для самое себя Эрнест Блеро построил совсем приятелой домик, где продемонстрировал свои таланты и возможности гарантированно. Это совсем недалеко отсюда, в буквальном смысле слова в десяти минутах ходьбы (Maison Blerot, rue de Belle-Vue 46). Как раз в этом месте довелось мне взять экскурсию на французском языке, так как ни от 1-го из посещений я отказываться не хотела, а в английский график никак не укладывалась. Вот он данный домик, крайний справа, не большой,
узенький, просто напросто крошка. И как там люди живут?

Выявилось, что очень хорошо живут. На входе, и стоит отметить, тесновато: одна лестница (это именно там, где вдоль фасада длинное витражное окно) ведет вверх в жилые помещения, 2-я вниз, ниже уровня входа.

Спускаемся по лесенке на полпролета вниз, в этом месте не очень большая туалетная и гардеробная комната, а дальше за распахнутыми витражными дверями открывается квадратная комната для гостей, заканчивающаяся подиумом с выходящим в сад французским окном.

Садик вроде продолжает перспективу, расширяя пространство. Отсюда же двойная лестница с решетками затейливого растительного рисунка ведет на просторные антресоли, на какие выходит кабинет с прекрасным окном.

На верхние жилые этажи нас уже не приглашали, лишь на лесенку можно было выглянуть.

В персональном доме Блеро отступил от своего принципа и проявил максимум искусности и фантазии при оформлении интерьеров, в том числе привлек коллег — дизайн мебели для этого дома разрабатывался Виктором Ортой и Гюставом Серюрье-Бови (Gustave Serrurier-Bovy).

Минувший дом из моего субботнего списка, какой желалось увидеть наиболее, это огромный дом Тасселя (Hotel Tassel — rue Paul Emile Janson 6). Объект ЮНЕСКО, что уж тут говорить. Считается, что это пробное сооружение в жанре модерн, спроектированное Ортой для частного заказчика – профессора Брюссельского университета. В конструкциии строения и оформлении интерьеров были примененые ранее не известные для того периоды материалы и технологии, применены почти все причудливые идеи. Архитектор до конца отошел от обычных принципов планировки строения.

Умельцы сразу привлекают внимание на то, что дверь посередине. Что тут странного? Ничего, но все бельгийские дома имели входные двери сбоку, и часто у 2-х располагающихся рядом домов двери в буквальном смысле слова смыкались, если один хозяин создал дверь слева, а его сосед — справа. До конца реорганизовано и внутреннее пространство. По традиции все нежилые помещения все время располагались в заде дома, включая комната для верхней одежды (гардеробная) и туалет. Снова неудобно. На улице дождь, а то и снег, пришли люди в мокрой обуви и одежде, с мокрыми зонтами, и это все необходимо нести по коридору в дальнюю комнату, затем пол вытирать. Про туалет в том числе объяснять не буду, любый знает, как это от случая к случаю бывает. Виктор Орта принял решение устроить комнату-гардероб сразу при входе, из нее же вход в туалет.

Не станем забывать, что Тассель был профессором университета, в следствии этого для того, чтобы его учащиеся ВУЗов не шатались по всему дому, для них и других необязательных гостей напротив гардеробной была устроена приемная. Следовательно, сразу за входной дверью — не очень большая прихожая, из каковой две боковые двери ведут в гардеробуню и приемную, а прекрасная центральная дверь — внутрь дома. По-другому разместили и кухню. Как я уже говорила, в брюссельских жилищах кухня обустроилась в полуподвале, кроме того, в передней части дома. Размещение получалось темным, с крошечными окнами над тротуаром. Орта, в личных проектах стремившийся достигнуть предельной степени доступа естественного света во все помещения, решает разместить кухню в заде дома, где ничто не вредит создать огромные окна и обеспечить лучшее объяснение.

Фотографий персональных предпринять едва ли не не посчастливилось, уж по всей строгости следили, приходится довольствоваться тем, что появилось в сети. Собственными силами удалось запечатлеть детали декора туалетной комнаты :).

С техническими помещениями разобрались, пора зайти в дом. Гид в особняке Тасселя нам достался просто великолепный, видно, что энтузиаст, кроме всего прочего чрезвычайно артистичный. За отстраненные ему 40 минут умудрился столько информации выдать, обо всем завитушки поведать, раскрыть тайны всяких хитростей. Обнаруживаем именно ту прекрасную дверь и проникаем в холл, в этом месте нас начинает в буквальном смысле слова обволакивать красота. На паркете замысловатый рисунок — толи языки пламени, толи медуза-горгона, а в его середине замаскировано отверстие, через какое поступал разогретый воздух, создававший тепловую завесу перед дверью.

В прочих размещениях отопление было организовано по такому же принципу: немного нагретый воздух проходил по полым металлическим колоннам и через отверстия поступал в комнаты. Радиаторы отопления, какие в данный момент можно увидеть в доме, были утверждены вслед за тем, как нам сказали, «не обращайте внимания».

Холл в доме двухуровневый — от двери поднимается подиум, как раз можно пройти в комнату для гостей, справа всеми известная лестница на верхние этажи.

Слева ниша холла на треть отделана деревянными панелями, а выше стартует зеркальная стена, продляющая перспективу. К слову, данный же эффектный прием Орта повторит в личном доме на Rue Américaine 25. Все частицы декора, фурнитура, мебель — это все авторское. В оформлении употреблены восточные, чаще японские, мотивы. Хризантемовый узор повторяется не только лишь в росписях, но и в решетках перил и балкона.

Над холлом устроены антресоли, согласно заявлению гида — мужской Диснейленд. Центральную их часть занимает курительная комната с витражным окном, рисунок которого символически изображает поднимающиеся вверх струйки дыма. Рисунок можно увидеть на фото, выполненном мной снаружи, стоит отметить, цветопередача некоторое количество искажена, там колоссальне сиреневых и голубых тонов.

Здесь же хозяин предавался одному из личных увлечений — фотоснимки. В то время это было довольно трудоемкое занятие, вся техника и расходные материалы весьма громоздки, для проявления снимков нужна была целая лаборатория. И вот по обеим сторонам курительной комнаты архитектор обустраивает два помещения: ванную и лабораторию. И снова хитрость: двери в эти помещения подвешены по-разному. Та, которая в черной комнате-лаборатории, открывается наружу, а дверь в ванную — внутрь. Почему? Так удобнее с испачканными химикатами руками пройти из лаборатории в ванную, не дотрагиваясь до дверных ручек. Демонстрация фотографий выполнялась с помощью проектора с антресолей в комнату для гостей, для чего в решетке антресолей был предусмотрен один секрет: один из элементов рисунка являет из себя откидывающуюся крышечку, открывающую целое отверстие, в каковое и направлялся окуляр проектора.

Конечно же мы поднялись и на 3-й этаж, для того, чтобы полюбоваться великолепным внутренним витражом и одной из комнат. На том и закончилась наша экскурсия.

Но день на этом не закончился, хотя и стемнело, кое-что разглядеть еще возможно. Особенно подобное неотразимое как всеми
известный «Фальстаф»

В половину воскресенья мне посчастливилось поместить только два посещения: коммерческий банк Утремер и дом Коши. Самым первым был коммерческий банк, до него охотно пробежалась по солнечным осенним улицам.

Сооружение коммерческого банка располагается рядышком с королевским дворцом, на существовавшей проезжей части к охотничьим угодьям (Banque d’Outremer, Rue Brederode 13A).

Строили его специально для Коммерческого банка Заморских территорий (Overseas или Outremer), а в данный момент здесь поместилась юристы Linklaters. Заказ выполнял Жюль Брюнфо (Jules Brunfaut), автор легендарного дома Анон (Hotel Hannon).

Дама-экскурсовод чрезвычайно приглянулась, ее рассказ колоссальне уходил в историю, нежели в архитектуру, что было весьма познавательно. Конечно, здесь колоссальный интерес представляет не типичный фасад, а внутреннее оформление. Стоит отметить, интересующего нас стиля придерживаются лишь только фасадные помещения. То, что располагается в глубине, модернистско-конструктивистское, а во внутреннем дворике в том числе помидоры разводят. Тем не менее, овощные клумбы нынче весьма модны в Европе.

Как и положено солидному коммерческому банку, здесь просторный богато оформленный холл, наверх ведет лестница с прекрасными коваными перилами, в рисунок каковых вплетен логотип коммерческого банка.

На втором этаже посетителя встречает аллегорическая фреска Констана Монталя (Constant Montald) (часть фото заимствовано).

На том же этаже располагался кабинет Адольфа Стокле. В наши дни данный персонаж известен как хозяин дворца Стокле, 1-го из объектов ЮНЕСКО на территории Бельгии, а в первой половине прошлого века это была знаменитая личность, олигарх. Он появился на свет в семье банкиров, выучился на железнодорожного инженера, и после гибели отца ему представилась целая финансовая империя. Так «обычной инженер» стал директором Société Générale de Belgique, какое владело более чем сорока различными предприятиями, не только банки, оружейные производства, прииски в Бельгийском Конго. Банк Утремер был одной из афилированных структур, и Адольф Стокле оборудовал здесь свой кабинет, поручив Йозефу Хоффману его оформление в жанре венского сецессиона. Кабинет нам тоже показали. Адольфу Стокле до такой степени понравился стиль Хоффмана, что он все время пользовался его услугами, поручив наконец-то постройку виллы в Брюсселе — именно того дворца Стокле, какой был отмечен ЮНЕСКО. Архитектор фактически получил карт-бланш и бесконечный бюджет, что дало ему возможность привлечь к оформлению интерьеров Густава Климта и Фернана Кнопфа. Искусствоведы уверяют, что дворец Стокле это шедевр, дилетанты говорят, что как говорится ничего особенного, коробка с башенкой. Но те немногие, кому посчастливилось увидеть интерьеры, захлебываются от восторга. Огромный эстет и затейник был данный Стокле. В том числе одежда мадам Стокле была пошита только лишь по утвержденным мужем эскизам. Сам он любил цветы и галстуки, в следствии этого его жене вменялось в обязанность украшать помещения букетами, тщательнейшим образом подбирая гамму, которая употреблялась на тот день в галстуке хозяина. Как не прискорбно, сегодня внутрь дворца попасть навряд ли удастся: наследники не допускают посещений.

Далее направляюсь в окрестности Парка Пятидесятилетия в дом Коши (Maison Cauchie, Rue des Francs 5).

Это объект моего давнего вожделения. В 1-й брюссельский заход я до него не доехала, затем получила возможность увидеть только в ночи, и вот, в конце концов, не только лишь полюбуюсь его фасадом при дневном свете, но и войду внутрь. В том числе в подобном ярком модерном населенном пункте как Брюссель данный дом считается одним из самых оригинальных образцов ар-нуво. Едва ли не вся поверхность фасада и часть стен внутренних размещений украшены орнаментами в технике сграфитто. Это плод совместного труда двух талантилвых людей — Поля Каши и его супруги Лины, в девичестве Каролин Воэ. Завели знакомство подростки в период учебы в Брюссельской Королевской Академии наук эстетичных искусств, в 1905 году поженились и тут же же приняли решение обзавестись собственным домом. Они купили не очень большой участок земли шириной всего 6 метров рядышком с только вот открытым парком Пятидесятилетия. По центру фасада слова «Par Nous — Pour Nous» (Сами — себе). Но даже это в действительности так: Поль совершал эскизы росписей, декора и мебели, Лина трудилась над оформлением интерьеров. Фасад строения являет собой блестящий пример сочетания красоты и функциональности: в украсивший его необычный рисунок органично вписалась реклама мастерской Коши, рассказывающая о типах работ, каковые можно здесь заказать.

Этот дом имела возможность постигнуть печальная судьба, если бы как то раз мимо не проходили два неравнодушных человека — Ги и Лео Дессиси(Guy and Leo Dessicy). В то время дом уже буквально разваливался и в ближайшее время мог бы быть снесен, но в том числе в подобном плачевном состоянии он привлекал к себе внимание. Ги и Лео были восхищены и очарованы до такой степени, что здесь же решили его приобрести. И начался постоянный и горький путь возвращения.

Сейчас в цокольном этаже поместилась выставка, рассказывающая о восстановлении дома, а еще фотоснимки, рисунки, кинофильмы, афиши, архивные документы, связанные с хозяевами и историей Дома Коши. Здесь же художественная мастерская со стеклянной крышей.

Вариация на тему «Девчонки с персиками».

На первейшем этаже жилые помещения. На самом деле это одно общее пространство, разделенное арками на три зоны. С фасада поместилась комната для гостей с огромным окном. Стены ее оформлены в технике сграфитто, а мебель вписывается в суммарную композицию настенного рисунка. И как следует, в рисунки вплетены всевозможные символы. И ежели в особняке Тасселя мы часто угадывали в узоре хризантемы, то здесь господствует роза.

Девицы якобы присели на стоящие у стены шкафы. Дизайн самый-самых шкафов служит вроде отображением дверей — те же целые «окошечки»

Между комнаты для гостей и столовой не очень большая зона с камином и узорчатым диваном.

Столовая светлая, пастельная, «в итальянском жанре». Наполненое солнцем окно выходит во внутренний дворик, на обратной белой стене золотистый рисунок, а снизу тянет зеленые пальцы листьев куст инжира. И действительно какое-то итальянское ощущение.

Здесь тоже особо отмечу экскурсовода — чрезвычайно вовлеченный и небезразличный человек. Поведал и о том, как выполняются рисунки в технике сграфитто, про реставрацию немножко, комнату для
гостей обсудили в буквальном смысле слова подетально, любую стену. В том числе порекомендовал, что увлекательного можно увидеть на располагающихся рядом улицах. Выше 1-го этажа нас не повели, все же, впечатления захлестывали.

А день был великолепный — колоритный, солнечный, гулять и гулять, одно плохо — в три часа нужно ехать в аэропорт. Зато рядом Парк Пятидесятилетия со смотровой сценой на Триумфальной арке. Попасть туда можно из Военного музея, вход в каковый безвозмездный. Чрезвычайно хорошей музей, жаль, промежуток времени не позволяло походить там подольше.

Спустилась вниз, прошла по осеннему парку. На газоне дети играли в футбол, судя по надписям на майках, на поле в одно и тоже время присутствовали сразу три Месси, что мало влияло на результат, но вносило немногую путаницу для зрителей.

От парка уже совсем недалеко от полюбившейся площади Амбиорикс. Ну как же не воспользоваться и не навестить «самое прекрасное окно Брюсселя»? Да и по проезжей части тоже можно отыскать что-то новехонькое, ранее не встреченное.

Вот и пришла.

Ну, здравствуй!

В этот раз я на некоторое время, но я вернусь, обязательно вернусь.

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Биеннале модерна в Брюсселе".

* Обязательные для заполнения поля

Twitter-новости
Наши партнеры
Читать нас
Связаться с нами
Наши контакты

О сайте